В Великую Отечественную войну с конца июня 1941 года до 9 июля 1944 года деревня Застаринье была оккупирована немецко-фашистскими захватчиками. Но она входила в партизанскую зону, сюда часто наведывались партизаны на постой, за провизией и нужной информацией.
Согласно акту от 15 декабря 1944 года, деревня Застаринье 2 мая 1943 года была уничтожена «путём сожжения и расстрелов из пушек, миномётов и автоматов за оказание материальной помощи партизанам и укрытия партизан жителями 57 карательным батальоном» .
57 карательный батальон вначале вступил в бой с партизанами. Партизаны открыли автоматный и пулеметный огонь, забросали противника гранатами. Первая атака была отбита. Но силы противника были больше, чем у партизан. На позиции оборонявшихся обрушился огонь из минометов, а затем немцы полукольцом окружили высоту и начали атаку с нескольких направлений. Четверть часа длился неравный бой. 14 партизан было убито (Иван Федотов, Пётр Горбанчук, Константин Герасашвили, Дмитрий Попов, Иван Зайцев и другие). Оставшиеся в живых партизаны вынуждены были отступить и уйти из деревни, забрав с собой пятерых раненных товарищей.
Озверевшие фашисты устроили кровавую бойню: загоняли в дома по 15-20 человек, расстреливали мужчин, стариков, женщин с детьми; на детей жалели пуль и убивали ударами о углы домов; по несколько раз проверяли, есть ли выжившие; поджигали дома с убитыми; а если кто, пытался выскочить из горящего дома, добивали их из оружия.
В результате этих злодеяний были убиты и сожжены 382 человека. Из 115 домов уцелело лишь 19. Все имущество было разграблено.
Кроме этого, по Городищенскому району оккупационной властью был издан приказ, который гласил, что за укрывательство оставшихся в живых жителей Застаринья, села и деревни будут сожжены, а жители расстреляны или повешены.
Кровавые подробности трагедии нам удалось узнать из показаний оставшихся в живых жителей Застаринья: Ленько Пелагеи Иосифовны, Рыдухи Владимира Андреевича, Букрей Нины Захаровны, Бернат Анастасии Фоминичны, Данилевич Надежды Степановны.

Так, Букрей Нина Захаровна рассказала об убийстве своих соседей – Лабейко Юрия и Берната Константина. Также она утверждала, что бой с партизанами длился 4-5 часов. Затем каратели загнали её с бабушкой, дедушкой и маленьким братом в дом односельчанина Михана Ильи, заставили лечь всех на пол. Три молодых карателя разговаривали между собой и жителями по-русски, что подтверждает факт о наличии в 57 карательном батальоне предателей, переметнувшихся на сторону врага.
После расстрела людей, все стены были забрызганы кровь. Затем каратели вернулись и стали добивать всех, кто подавал признаки жизни. Девочка выбралась из дома и побежала в сторону деревни Буйневичи. По дороге её нагнали кавалеристы, но решили не тратить на неё пули, думая, что та в скором времени сама умрёт. Их больше интересовали угнанный скот и награбленное имущество.
Вечером она встретила односельчан, которые отправили Нину на хутор к знакомым их семьи. Позднее она узнала, что смогли выжить вместе с ней в том доме Михан Николай и Бернат Анастасия, мать Нины некоторое время еще оставалась живой, но от полученных ран скончалась. В её показаниях мы нашли новое имя – Муравьёв Ростислав Александрович.
Изучив документы, мы выяснили, что Муравьёв Ростислав Александрович в годы войны являлся заместителем командира 57 карательного батальона Ганса Зиглинга. Ростислав Муравьёв – лейтенант, попавший в первые месяцы войны в немецкий плен, где при очередной вербовке, согласился пойти на службу к немцам в обмен на жизнь. До 1943 года занимался охраной важных стратегических объектов, а затем превратился в карателя в Белоруссии, активно участвуя в охоте на партизан и мирных граждан, в особенности тех, кто был замечен в связи с партизанскими отрядами.
В письме-заявлении, написанном перед расстрелом в 1971 году, он объясняет причину, почему перешёл на сторону врага:
«Будучи в плену, я во многом заколебался и считал, что навсегда потерял Родину. Я был совершенно обессилен и убит. У меня не хватило сил сопротивляться, и я стал врагом по стечению обстоятельств. Всему виной война. Попав в плен, я считал себя человеком конченным, потерянным для страны. Я пошёл на службу к немцам, так как у меня, как и у других военнопленных, было одно желание – выйти из лагеря, выжить, только выжить».
Чтобы избежать наказания за свои чудовищные преступления, он 2 мая 1945 года добровольно сдался в плен, но умолчал о том, что служил в карательном батальоне и на его руках множество загубленных жизней, отделался 15-летним сроком, но возмездие настигло его. В 1970 году были найдены документы, взятыпоказания у оставшихся в живых свидетелей, и Ростислав Муравьёв был приговорён за свои злодеяния против мирных жителей и партизан к высшей мере наказания – расстрелу.


Командир 57 карательного батальона Ганс Зиглинг
Заместитель командира 57 карательного батальона Муравьёв Ростислав Александрович
Михан Николай Александрович в семь лет стал очевидцем той страшной бойни. Его родители не успели убежать из деревни. Убегавших жителей деревни каратели расстреливали из пулемёта, установленного на танкетке.
Бой между партизанами и немцами завязался именно на той высоте, где сегодня установлен памятник погибшим партизанам и мирным жителям.
Когда началась расправа, их семья оказалась среди других, запертых в одном из домов. Там оказалась его родственница Бернат Анастасия Фоминична. Николай Александрович получил 6 ранений: 4 ранения правой кисти, одно в левую кисть и одно в лицо.
В живых остались только он и его сестра Анастасия Бернат. Поздно вечером его нашёл брат и увёл к партизанам. Там ему оказали помощь медики.
Чудом выжившая Бернат Анастасия Фоминична также дала свидетельские показания, благодаря которым мы узнали некоторые подробности того, что привело к трагедии 2 мая 1943 года. Она указала, что многие жители деревни находились в партизанском отряде.
1 мая 1943 года партизанами отряда Стрелкова (под руководством Степана Константиновича Камышова) был проведён митинг. Митинг проводился на той же высоте, где 2 мая завязался бой между карателями и партизанами. На этом митинге присутствовали не только жители деревни Застаринья, но и других деревень. Партизаны разъясняли положение дел на фронтах, рассказывали о борьбе нашего народа против немецко-фашистских захватчиков. После окончания митинга часть партизан уехали из деревни, а часть осталась на ночлег. Никто даже не подозревал, что среди участников митинга оказался предатель.
На следующий день Анастасия Фоминична потеряла своего маленького сына Николая, ее свёкра Берната Константина Семёновича расстреляли. Сама же свидетельница, получив несколько ранений, потеряла сознание, и каратели приняли свидетельницу за мёртвую, это её и спасло.

В показаниях Казимирчик (имя и отчество в документах отсутствует) подтверждается тот факт, что Застаринье входило в партизанскую зону. По ее утверждению, некоторые из карателей говорили и ругались на украинском языке. Ей удалось с несколькими детьми спрятаться под печью, они сидели там, пока не загорелся дом. Клубы дыма помогли выбраться из дома и убежать из деревни. А на следующий день возвратилась в деревню и увидела сгоревшие дома, много обгоревших трупов на пепелищах, в картофельных ямах и огородах. В тот страшный день были расстреляны её мать, сестра с детьми, жена брата.
Made on
Tilda